April 1st, 2009

Моn_Парнас

Я-МАНИфест


 Я-МАНИфест

 

 Вам, явлениям конечного,

 Вам, живым и мертвым, произведенным от двух истин конечного: Рождения и Смерти,

 Вам, называющим совокупленность себя Человечеством,

 Вам, паразитирующим на теле планеты,

 Вам, тешащим себя занимательными играми: Экономикой, Политикой, Наукой, Религией, Искусством,

 Вам, рабам своих потребностей,

 Вам, вечным актерам реалити-шоу,

 Вам, спящим-пыхтящим-опорожняющимся-моющимся-вкушающим-болтающим-едущим-болтающим-работающим-вкушающим-опорожняющимся-работающим-болтающим-едущим-болтающим-вкушающим-опорожняющимся-болтающим-отдыхающим-болтающим-моющимся-пыхтящим-спящим,

 Вам, называющим стойкую привычку друг к другу - любовью,

 Вам, ценящим ее наравне с другими двумя: «Работа» и «Выходные»,

 Вам, догадывающимся об Истине (и только!),

 Вам - мое Творчество!

 

 Я - Честь.Гордость.Достоинство.  -Поэт!

 Ибо как бы я выдержал - поэтом не быть!

 Я - условие существования всех и всего!

 Я - презирающий всех, кроме себя,

 Ибо все лишь - часть меня!

 Я - презирающий (поэтому особенно) современную пишущую братию!

 Ибо ничего нет более жалкого и мерзкого!

 Я - пишущий всегда (в отличие от них) новое и о старом по-новому!

 Я - никогда не повторяющийся!

 Я- все улучшающий!

 Я - не гнушающийся плагиата,

 Ибо как лучшее может быть не моим?!

 Я - беспринципный изящно-гламурный стилист!

 Я - владыка поэтических тем!

 Я - садистски любящий своих рабынь: Религию, Философию, Поэзию,

 Я - описывающий вам их еженощные оргии,

 Я - развращающий молодёжь ради выгоды,

 Я - безжалостно эксплуатирующий слова на плантациях смыслов,

 Я - патологоанатом, потрошащий языки,

 Я - личный психоаналитик плаксивой, закомплексованной бабенки - Судьбы,

 Я - первый заместитель Бога, находящегося сейчас, к сожалению ,  в отпуске,

 Я - Честен!

                      Я - Горд!

                                       Я - Достоин!

 Я - это мое Творчество!

 Я - единственная надежда Человечества.

 Потому что все Вы - это Я!

                                                                                                                МАНИФЕСТОФЕЛЬ

            Кстати, к вопросу о псевдонимах. … в приведенном выше опыте поэтического манифеста, псевдоним автора, МАНИФЕСТОФЕЛЯ, одновременно отсылает нас к Манифесту, Мефистофелю (изворотливому гётевскому  черту с его фразой: «Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо») и Мании Величия! Т.е. псевдоним получается концептуально обоснован.

 

… Написав МАНИфест, я лишь «слегка» порезвился, поэпатажничал! В духе лучших традиций русского футуризма. Никакого рационального обоснования. Откровенная, голая пропаганда! (И думать над этим много не надо!) В МАНИфесте я, как в кривом зеркале, отобразил сущность любого современного писаки, который сам себе не смеет признаться в том, КАКОВ он! И потому он бесконечно злится, когда ему, в зеркале, всего его, всю мерзость его отражают! Что-то подобное моему МАНифесту пытается сказать Б.Акунин в своих новых «пародийных» романах. Но еще раз от МАНИфеста, МАНИФЕСТОФЕЛЯ, всякой напыщенной пропаганды отрекусь, открещусь и пойду, как настоящий благоразумный либерал, проголосую за предыдущее письмо-«манифест» (по вашим словам). Чего и всем советую (Да-да, и это тоже - обоснованная пропаганда. За благоразумие).

Моn_Парнас

Гений-эгоист-поэт

            Написал «Арестантское 2». Внес коррективы в роман. Но как это мало! Как мои каждодневные вклады в мироздание своего творчества скупы, малы, малозначительны…

Впрочем, и миры, и планеты, и горы – все крупные объекты собираются из крупиц!

«Наш мир велик, рассыпанный на крошки…», так же? Только одного я не хотел бы, чтобы мое творчество становилось Системой, чтобы оно подавляло, принижало что-то другое, ради своих прихотей довлело бы над чем-нибудь другим. Ни в коем случае, чтобы никакой иерархичности! Понимаешь, даже не альтернативность, не оппозиционность, а – независимость, самобытность… Не знаю, окажется ли новым для мира и Системы мой взгляд… (взгляд эксперта). Но я всеми силами готов его придерживаться! Готов сделать так, чтобы меня уважали. (Признавали авторитетность и необычайную компетентность в тех делах, которые я считаю приоритетными для себя, в которые вкладываю душу, разум, тело – MAX – каждый компонент!) Мне даже и Слава, и медали, «Бронзы звон или гранита грань» (Маяковский «Сергею Есенину») не так нуж. Не так уж нуж.! Но вот очками, чашечкой кофе  пожестикулировать … Да еще высказывая в это время «нечто метафорически настолько путанное, что уже недостижимо-афористичное» (Из заготовки к критической статье о Набокове) о бильярде, о литературе, о философии… Мне ли после этого не лезть на «Стихию», на «Муравей», мне ли, любопытнейшей из Варвар, не совать ли свой нос в кажд. лит. конкурс. Мне ли, первобытному человеку, на своего лит.мамонта не охотиться, мне ли, варвару, гунну, смущаться крепостными стенами Великой Классической (Русской – тем паче!) и не лезть в Рим, в Цивилизацию, в Культуру?!   Я нахожусь в поиске рынка сбыта контрабанды моей пышно-тропической фантазии и моего мыслительного опыта. И, как и любому разбойнику, мне, думаю, не откажут… Особенно в домах невинных барышень – дочек толстопузых пройдох  и барышников… (Женщины – это ведь самые преданные мои поклонницы)! Как не почувствовать это, не вычислить этого, как не написать «Лолиту»!

Поэтому, единственное воровство- воровство времени в армии я признаю!  Это когда всеми мыслимыми и простым гражданским немыслимыми способами стараешься урвать минуты, секунды, мгновения для себя любимого… Точнее, для ТВОРЧЕСТВА (Вор чего, творчество? – спрашивала Мария Бабкина (1-сейчас 4-курс ЛИТа). Отвечу: времени!), для того, что только одно оправдывает твое существование на Земле! Поэтому быть писателем, быть поэтом и быть эгоистом одновременно – невозможно! Творчество и эгоизм – вещи прямо противоположные! Эгоист в оправданиях не нуждается. Никакие мандаты небес на существование ему не нужны! Тот же, кто познал самое зыбкое и самое условное – собственное Я- тот… Ищет и ищет средства, способы, возможности, методы себЯ оправдать!


Моn_Парнас

Ирония

Ответ на письмо «Твоя ирония»:

 

Жизнь гораздо ироничнее меня, уж поверь! Я лишь «отзеркаливаю» своей улыбкой, своим Я-смайликом («Я» - во всех высших смыслах т.е.) самые остроумные ее шутки!  Можно было бы привести множество подтверждений из своего «личного» (за которыми я закрепил статус философских экспериментов, получаемых, между прочим, только методом интроспекции). Но можно и без «личного», чтобы не вызывать агрессию «деятелей науки». «Объективно». По их правилам…

Коль скоро за литературой и произведениями литературы закрепился статус «всеобщих форм человеческого сознания и общения», можно обратиться к ней (к ним) за поддержкой… Ироничность в жизни, ироничность жизни (жизни – и как развертывания человеческой Судьбы) особенно подчеркиваются и Набоковым в «Даре» (одна история отношений Годунова-Чердынцева и Зины чего стоит! Образцово-любовная, кстати! …Как он ей показывал Дрозда, сидящего на рекламной вывеске компании «Дрозд» «чуть-чуть» неправильно…- на второй букве!:), как он ключ в конце забыл!! :) ); и У.Эко в «Имя розы» (диспут о том, смеялся Христос или нет, «найденная» 2 часть «Поэтики» Аристотеля, посвященная комедии); и Булгаковым в «М&М» (разговор Воланда с Берлиозом, оч.ироничные по отношению к современной Булгакову Москве описания «дебошей» нечистой силы,…да и Иешуа –если подумать – он же всегда ЗНАЛ, что Пилат УМОЕТ РУКИ!!!); … Ироничность и Бродский – вообще неотделимы! Что подтверждают блистательные его афоризмы: «Если уж пришлось в Империи родиться,// Лучше жить в глухой провинции у моря// И от Цезаря далеко, и от вьюги,// Лебезить не нужно, суетиться// Говоришь, что все наместники – ворюги?// Но ворюга мне милей, чем кровопийца!»… (цитирую по памяти из «Из Марциала») Заметь как тонко, как аккуратно, как интеллектуально, как актуально – о «политическом». – об «свершившемся» избрании МЕДВЕДА?! - И гораздо лучше «топорной» сатиры М.Е. Салтыкова-Щедрина («История одного города», «Медведь на воеводстве»); тем более гораздо лучше, чем у советских, постсоветских поэтов, нацарапывающих там НЕЧТО на злобу дня, с неизбежными для них матом, алкогольными слюнями и соплями, и комплексом брюзги-«неудачника»… Можно было бы продолжать, если бы это было не письмо, а работа по литературоведению…

Но…

Приходишь вот к чему: если воспринимать жизнь в мире как игру (оставляя за этими словами все их многообразное значение, широту и глубинность), существенным для нас становится характер этого сценария. И мы понимаем, что имеем дело с автором-юмористом. Жизнь – не «стрелялка», не «стратегия», не «экшн», не «квест» (хотя последнее – в философском плане – вернее всего!). Жизнь – и то, и другое и третье… Понимаемое все с улыбкой Джоконды. (Автопортретист-шутник Леонардо!:) Интеллектуальный сценарий Вселенной лишен «морализаторства»! У Высшей силы нет цели «проучить», наказать, покарать Человечество и «чьловецьх» (человеков)! Ну, и потому что и «Цель – не мы!», и потому что, если и возможна какая-то «высшая педагогика», то приемы ее – игровые, «игривые»…(про «игривые» - это уже из Восточной философии с ее «танцующими» богами).  Поэтому не правы мировые религии (особенно Христианство!) Не страдание – главное (но и не без него)!

Главное, в моменты счастья и в моменты жизненных невзгод, - отвечать Миру, Жизни, Судьбе, Богу, окружающим, себе - улыбкой на улыбку! В этом и заключается Мудрость!

…А не в пыльных «талмудах», научных трудах и профессионально-профессорском занудстве!


Моn_Парнас

Из анализа ст-ния «Дождливости наперерез…» Н.Тарковской и др.:

я опять об этом комплексе «всякого читателя» - и не потому что это некое претенциозное открытие на основании Ваших текстов,  а потому что вообще логикой поэтического роста, кажется, предопределено столкнуться с этим неприятным явлением. Поэту, поднявшемуся на окрепших крыльях Вдохновения к своему Парнасу, увидеть с высоты - свою Толпу, обратившую к нему жадный завистливый взгляд… К сожалению, тут приходится участвовать в вечной коллизии между Общим и Частным, между Мнением Большинства и Истиной Избранных… Я думаю, почему одним легкодоступно и понятно, почему надо «…молить неустанно, чтобы вечен был свет той таинственности и красоты», а другим – не объяснить никогда, вообще, представьте, никогда, что есть нечто, называемое Красотой, чем очаровываешься, пред чем благоговеешь…?! На чем базируется эта разница в мировосприятии?

Одно из возможных объяснений, кажется, заключалось бы в том, что с самого детства каждое человеческое существо обладает 3-мя «ветвями» познания: чувственным, рациональным и фантазийным (связанным с интуицией, воображением и высшей аксиологией, т.е. с тем, что нельзя отнести к чувственности и рациональности, поскольку только к ним перечисленные категории не сводятся, вся их сущность в устоявшиеся классификационные схемы не вписывается).

К сожалению, особое развитие получают только 2 первые ветви: (чувственная – уже на уровне инстинктов,  рациональная – при неизбежном процессе социализации). В ущерб всему фантазийному… Действительно, в детстве мы как никогда полно пользуемся фантазией. Можно даже утверждать, что в меру собственной одаренности каждый из нас живет в своем собственном, выдуманном мире, пока из дымки грез не проступит – «мир видимый», который самые мудрые представители человечества не зря издавна называли «тюрьмой» и отказывали ему в «реальном существовании». К сожалению, это так: жесткие требования существования в обществе, от которого человек свободен быть не может, приковывают нас к координатной сетке социальных схем… Над нами повисают глыбы Догматов, Законов, Правил и Норм. И если наша чувственность еще как-то может себя выразить в общении с природой (хотя в урбанизированном современном мире это все труднее и труднее сделать); если наш разум находит себе применение и развитие в науках (которые, как известно, любят нарезать весь мир, объявляя его «объективным», на манер именинного пирогА и объявлять энный кусочек мира – своим предметом, по которому у них есть исчерпывающее знание, будто бы позволяющее судить обо ВСЕМ мире!), то наша фантазия безжалостно подавляется. Конечно, есть определенное количество людей, у которых волей случая 3 ветвь познания не чахнет, а начинает даже преобладать. Но это –счастливое меньшинство. Счастливое тем, что у них есть способности, и, вероятно, понимание истинного предназначения Человека, но несчастное тем, что в человеческом обществе данные способности остаются без применения и носители их подвергаются гонению. Исключительно чувственные люди  близки по характеру и поведению к животным, они просто не понимают людей Одаренных, хотя их объединяет с ними именно преданность чувству… У людей с развитым интеллектом, следующих ветви рациональности – есть возможность понять людей Фантазии, но никогда они этого не сделают, так как неоправданно претендуют ограничивать наукой, не только ум, но и ставить рогатки Фантазии (о недопустимости чего, кстати, даже, Б.Рассел – один из самых значительных философов-ученых предупреждал).

Нетрудно догадаться, что Обладающих Даром, поэтов, т.е. для тех, для кого мир фантазии, творчества важнее, главнее, ценнее, истинностнее и реальнее МИРА РЕЗУЛЬТАТА - действительности, пресловутой реальности… т.е. нас с Вами,  я бы отнес к 3 ветви. Тогда понятно, из кого состоит Толпа. Бездарность составляющих толпу – в их непонимании, не-стремлении понять, «а что там за…», отсутствии любопытства к потустороннему, (я считаю, тогда – и к Истине), в восприятии мира не как вечно становящегося образа, не как начатого, но не завершенного произведения, но как законченной, статичной, тупо-функционирующей машины…. 

Хотя мир – «это скорее не чертеж, а картина…»

 

 

01.10.08

Тут я хотел бы опять коснуться своего любимого вопроса о способах творческого познания мира. Человеческое любопытство, слава Богу!, до сих пор притягиваемо невидимыми магнитиками мировых тайн и загадок. Нечто направляет наше внимание и поиск не просто на вещи, но то, что лежит за ними, в мир их сущностей… Согласовываясь с нашей тройственной природой (Чувство, Разум, Фантазия), можно выбрать одну из трёх дорожек; очень многие, конечно, идут путём Науки…

 

Цели Учёного яснее целей Художника, но Учёный всегда видит свой объект (вот-вот! Познаваемое для него – лишь объект!) либо сквозь очки, либо сквозь иную линзу-призму (объективизма), всё искажающую!!! Цели же Художника непосредственно-обозримы, видимы!!! Образные. Настолько, что при попытке установления необходимой культурно-языковой дистанции (наведении луча микроскопа) рассыпаются в разноцветный (жёлтый, сиреневый, салатовый, изумрудный) прах… подарив нашей тоскующей по Истине и Красоте Душе лишь мгновенье прекрасной призрачности… Правда, и этого мгновения бывает достаточно, чтобы изменилась вся судьба, вся жизнь Человека, изменился он сам! Ощутил некую прозрачность в себе, прозрачность себя и -о, быть может!-(«Слезы прозрачней нет твоей…») включённость себя в мир, сакральную сопричастность ему…

 

Если Наука требует строгого анализа и разложения изучаемого явления «на кусочки», то в Искусстве важнее синтез. Искусство оставляет в стороне остро-наточенный нож рассудка. Смысловое слияние, даже некоторая путаница (вот они, метафоры, оксюмороны и т.п.) – всё затеяно ради игры, с надеждой, что в «забаве образами» вдруг промелькнёт-проглянет разгадка ТОГО САМОГО, явится НЕОПИСУЕМОЕ…

 

Мальчик, играющий в прятки со своими товарищами на пляже возле грота, прячется в страшный, пугающий его грот (он знает, что остальные ТОЖЕ грота бояться, испугаются и не будут его там искать). Он вынужден сидеть как можно тише, чтобы его не услышали, вокруг темнота, странные шорохи и звуки, под ногами – влажный шершавый песок, от скуки, тоски он ковыряет в нём большим пальцем ноги… Неожиданно его палец наталкивается в песке на необычный овальный предмет, похожий на мыльницу. Это древняя двустворчатая раковина, окаменевшая, поросшая илом. Вдруг в маленьких любопытных ручонках «игрушка»-раковина открывается, и внутри – сияющая в полумраке грота неземным, как звезда, сказочно-галактическим светом жемчужина. Мальчик радостно хватает её, крепко зажимает в кулачок и бежит, позабыв про опасность быть обнаруженным, к своим товарищам, чтобы показать эту КРАСОТУ. Явить её на ладони… Так и лучшие поэты, ввергнутые в «тёмные гроты»-застенки жизни, находят там среди серого и зыбкого материала повседневности жемчужины Истины и пытаются их донести до нас бережно, в-ладонях, в своих строчках, не расплескав сокровенного света… 

 

Я не принижаю науку, её великое значение для Человека. Я просто прошу её умерить свой пафос, и не впихивать весь мир в формулу. Мир не только наукоёмок, но СТРАННЕН, НЕПОНЯТЕН, ЭМПИРИЧЕСКИ НЕОБЪЯСНИМ!!! Не надо безграничность, вечно становящееся совершенство его окаймлять логикой, потому что это уже не кайма, не рамка, а тюрьма… И мы видим последствия таких действий… Это то, на чём выросла Система. А создана она была – теперь это понятно – в противоборство Добру и Красоте, не требующих, не приемлющих жестких иерархий, подчинения, насилия формой. Форма же тоже может быть разной!!! Это может быть прекрасная ваза или гроб… Поместите в эти две разные ёмкости своё содержание и вы увидите, к каким различиям, мутациям содержания это приведёт… Из своих мыслей, чувств, мечтаний вы получите, условно говоря, «прекрасную розу» или «разложившийся труп»! Но так происходит не только в процессе создания произведения… Если воспринять само существование как процесс творческий, то, вот, увы, варианты наших жизней под влиянием Системы…

 

Поэзия должна вступать в диалог с Наукой. (Хотя бы с наукой стихосложенияJ). Поэзия должна быть современной, чтобы быть действительно бессмертной!!!  Нам требуются и история (тексты предшественников), и анализ, и умение обобщать, и даже логика… Но никогда творческий процесс не должен замыкаться на самом инструменте. (Что сплошь и рядом происходит в той же науке). Литература (тем более Поэзия) в этом плане гораздо интереснее. В ней много ещё субъективного, живого, непредсказуемого… В лучших её образцах всегда чувствуется Воля к Свободе от пут Системы! …Как написать о чём-то, не написав тут же о чём-то ещё, с этим кровно связанном?! И вот так, до самых предельных понятий: Истины, Добра, Любви, Красоты… А уже там, в тех высотах испытываешь только немое благоговение… «И всё изречённое есть ложь»…


Моn_Парнас

(no subject)

беглые заметки на шкурке нанобанана

 

Возлежащий на никелево-сиреневом прозекторском столе, под воздействием ножа аналитика (но можно обойтись и своими руками как первичным доступным инструментом), наспех спелый (о чём допустимо судить по его слегка болезненной, слишком гуашной желтизне) банан банальной исторической реальности очищается, крестообразно раскрываясь на 4 стороны света: СЕВЕР, ВОСТОК, ЮГ, ЗАПАД. На каждом направлении можно найти своё понимание искусства, свои цели, задачи, функции его. В центре же, спелым, запретным (не зря его считают конкурентом яблоку по форме!), стержнем, мировой осью – совокупность совпадения взглядов и ТЗ, сам плод, действительность, которую невозможно никак раскусить, как бы философы-сладкоежки со всех четырёх направлений на неё не заглядывались!

 

ЦЕННОСТИ:

 

                   «Объединение делений ценностей на внутренние и внешние, с одной стороны, и на объективные и субъективные, с другой, даёт четыре возможные позиции в вопросе о смысле искусства»

И.П.Никитина «Философия искусства».

               -

 

СЕВЕР:

Направление объективно-внешнее; мания величия. огромные тела Империй – геополитических динозавров; Римская, Британская, «Священная» Германская, США, СССР; Холодноватое солнце-лето 43-го и утилитарное воззрение на искусство. «Для нас важнейшим… является его идеологическая сторона». Материал – кость-пластмасса. Всё этнически-прикладное; А_теизм? Дурно от постоянного взгляда на полюс с его недремлющим люциферным оком; по широтам марширует вышколенное пространство; время, размноженное валютами, господствует. Эпоха мировых войн и передела в этике, тоталитарных режимов, экономических кризисов, полной личной безответственности и пофигизма самооправданной толпы, конвеера, глобализации, ТВ-харизм, макволандсов как философских кафе, где зреет диссидентская мысль. Бродский ищет «глухую провинцию у моря». Цезарь дуумвиратен, двуголов  (Кыш, Горыныч!), двухшеен (помнят о Французской; вам гильотинировать сигару, д-р Фрейд?!). Субъект зажат объективностью настолько, что теряет чувство самости, зато упышняется его чувство социума.  Соц.реализм. Соц.задача. Соц.проект. Тяга к эпичности. Романы от «Унесённых ветром» до «Войны и мира».

Тебе бы обязательно сказали, что стихи надо рассчитывать, иначе это и не стихи вообще,  и они статье (статье в сборнике Законов) «О задачах искусства» не соответствуют. Что? Содержание? См. Параграф Первый! Там всё уже изложено!  Предложили бы калькулятор, перепроверить бухгалтерские балансы ударений и строк за ..00,..01,..02, ..03 и особенно ..04-..06 годы. Лучше переведите на английский! Психотерапия? Но это уже есть у Фрейда! Ничего нового. Набор новоявленного бреда!

 

ВОСТОК:

Направление объективно- внутреннее; депрессия. дисперсия и деперсонализация. полёты в астрал, тибетцы, усилиями лам, достраивают свою первую международную станцию. Медитативное погружение искусства в религии, что уже само по себе ценно как гигиенический акт: чем далее на Восток, тем меньше вообще водоёмов. Квадратные километры неисхоженного песка, паломничество, аскеза, дервиш, Ахура-Мазда и Саурон. Крик Осла, погоняемого в Ершалаим,  злоязычие Заратустры, подмеченный Есениным взгляд из-под паранджи, необъятная во всех направлениях Россия (как четвёртое незаконное измерение со сходящимися полозьями-прямыми (грех всякого российского средства транспорта), с НАШИМ! Лобачевским!,с показавшим и Северу, и Западу, и приспешнику их – Югу, «Кузькину мать» и где Евклиды зимуют) Сказки, широкие-сны шальвары джинна, 1001 араб-торговец, при том, что товары – дрянь! Акцент сделан на  самой торговле, а не на товаре! Как раз одноразовость вещи, но не сделки! Растерянное лицо американца в толпе туристов на экскурсии к пирамидам. «I thought that the Egypt is a part of Minnesota Карма каркает на него с высот мусорки низшей кастой! 

Тебе бы сказали, что форма или содержание – не главное ни то, ни другое. Что суть – в синтезе. И выражении через себя Высшей Воли. Важно не само произведение – акт его написания. (Запад, назавсегда пускающий слюни на страницы Кама-сутры). Произведение искусства должно стремиться к органике, к естественности. Растительный орнамент, взятый за образец. Мавританский стиль с фестончатыми арками и терракотовыми плиточкам. Омар Хаям спрашивает, способно ли твоё творчество, поскольку оно – психотерапия, излечить от алкоголизма?  Китай, тысячи лет, спамящий свои технологии, даёт советы. Запах анаши. Субъект принимает свои фантазии за объекты. Вздымающийся банан (видимый отсюда) напоминает месяц или месяц так напоминает наш банан?!  

 

ЮГ:

Направление субъективно-внешнее; эпилепсия. продолженная колумбами к снизу испания. мифы в той пугающей выезжающих на сафари туристов первозданности… (пока белое туристическое мясо наивно рассматривает инопланетно-ритуальные комплексы) - Колониальные комплексы, зреющие в головах-кокосах, обработанных протестантизмом и исследованных антропологами, зуд от укусов москитов, втыкание ракетных иголок в куклу-вуду Запада. Но Запад – эгоист по дефиниции и не чешется. Табу и племенное устройство. Но человек беззащитен пока чудовищно и предпочитает общаться с миром на «Ты», отчего даже «сыны Востока» считают его несколько тупым. Анемизм, Тотемиз, Фетишизм, Каннибализм – значения этих слов даны повседневной практикой. Автоматическое письмо, доведённое до автоматизма. Пирамидальные тополя в стихах русских поэтов, сосланных на юг, тоска по смоковницам. Странно, но все истинные хохлы и сюрреалисты родились на юге!  Субъективизм распыляется на внешнее как отрава на саранчу. Только саранча гораздо бессмертнее. Удачливый аспирант находит следы неизвестных цивилизаций и с упоением миклухо-маклаит их. Откусанная акулой нога молодого матроса, плавающая ещё чуть южнее. Военные базы в Антарктиде, разъедаемый, истончающийся озоновый слой разума.   

Ты видела Чёрную Пантеру Пространства? С тобой говорил Сильный Лев Времени? Странно, что ты меня не понимаешь… Психотерапия? Это поможет мне на охоте убить Белого Единорога Бесконечности?

 

ЗАПАД:

Направление субъективно-внутреннее. шизофрения. Красивые бабочки с большими крыльями. Я как принцип. Сын Севера. Эдипов комплекс. Радужные круги Эго. (У.Эко жмурится от восторга, разглядывая готические стрельчатые своды). Эпохи интеллектуальных романов и стихов без рифмы. Картины импрессионистов, абстракционистов, сюрреалистов и пр. «lart pour lart». Расстрелять: Прометея, Сократа, Колумба (он же – Улисс), Гамлета, Христа, Декарта, Раскольникова, Коперника, Моцарта, Ж.-П.Сартра, … Дон Кихота? Нет. Его принудительно лечить! А Дж.Бруно? Как «уже сожгли»?!  Суицид философии от наведения Средства Самоуничтожения – лазерного луча рефлексии на самоё себя. Солипсизм – теневая сторона Познания. Прометеев огонь – единственный верный способ передачи света искусства от души к душе. Только возгоранием следующего, соседнего костра… Великий Инквизитор нам аплодирует, но это он зря!

            Форма – в сто раз содержания важнее. На этом зарабатывают. Искусство? Вы давно уже говорите о рекламе?! Какая психотерапия? Кому нужна эта варка душевных нечистот?! Хотя кто-то на этом тоже неплохо зарабатывает… Стихи? Лучше я прочитаю вам свои. Как так! Вы не читали Кафку? А на чём тогда сидите? Можно я съем эту розовенькую_как_пупок_младенца_таблетку? 99 франков Фредерика Бекбедера? Не кажется ли вам цена субъективно-завышенной?


Моn_Парнас

27.03.09 Обсуждение в Литинституте. часть 1

Обсуждение:
     Явные опечатки уважаемых рецензентов исправлял, кроме тех случаев, когда они мне казались намеренно-концептуальными :)! 

А.Маковская:
    Начинать - не мой стиль. Привычка.
    "Трупом всплыла Луна..." - криминал.
    Варвара. Кризис. Мысли. Кратко. Авангардно. Витиеватый смысл... Доносятся до меня как харканье грузчиков. У меня не хватает серого вещества (чтобы всё понять - К.Р.)

К.Кокорева:
     Холодно и бездомно. Поезда. Расставание и расстояние. Стихи - созвучные. Есть свой почерк, тема. Иногда хочется попросить: "Не кричите, пожалуйста!"

Н.Тарковская:

     К подборке Кирилл у меня возникло противоречивое отношение. С одной стороны, очевиден и неоспорим факт серьёзной и трудёмкой работы над оттачиванием формы и структуры стихов, что очень ярко выражено через многочисленную игру слов, звукопись, аллитерацию и т.п., которые создают смысловую многогранность и неоднозначность стихотворного высказывания.
     С другой стороны, в этой подборке было замечено преобладание новых и неожиданных эмоциональных состояний, которые мне казались не очень характерными для творчества Кирилла.
    Прежде всего, это состояние депрессии, подавленности, безнадёжности и т.д., в какие-то моменты граничащие с параноидальным психозом, что прежде всего выражено в многочисленных метафорах и сравнениях анатомического характера, связанных с описанием физиологически-телесных явлений, как например:

мнимое, мятое, мимо-
неотвратимое в 6 часу
на общей почве...
разлагающееся и разложимое
гниение трамвайных тромбов

или...

Трупов всплыла Луна,
Вытекла жизнь из мобильника...

 

Состояние такого повсеместного разложения перекликается и усугубляется ещё и очень специфическим и своеобразным описанием окружающего мира, которое выражается в очень подробной детализации наблюдаемых автором материальных объектов и бытовых явлений и вещей. Описание быта в стихах Кирилла вообще занимает огромное место, начиная от описания пельменей в кастрюле и кончая экзистенциальным вопросом уборки кроликов-носков пылесосом.

Всё-таки такие гипертрофированные подробности суровых трудовых будней

 

Ежедневно в кастрюле – священная

Пытка варны варенников и пельменей,

Теория чистых рубашек, гипер-сомнение

В целости носков, тоскливо-похмельное

Настроение. Лицо – дикорастущая чаща…

 

Мне кажется немного излишней. Но это на мой субъективный вкус, так как я вообще не люблю в поэзии излишне бытовых и обыденных мотивов и слишком прозаических слов. Но конечно, стихи Кирилла никакой прозаичностью не страдают, а наоборот отличаются излишней поэтизацией действительности в её самых обыденных и, казалось бы, скучных проявлениях.

В то же время такие подробные детали личной жизни создают эффект очень глубокого вживания и погружения читателя во внутренний мир лирического героя, не позволяя ни на секунду от него дистанцироваться и отдалиться.

Откровенно-интимный характер присутствует и в любовной лирике Кирилла.

 

Несмотря на преобладание описаний чувств и внутренних переживаний стихотворения Кирилла это, прежде всего, царство Ratio, в них явно доминирует логически-рациональное начало, которое подчиняет своей структуре все внутренние сумбурные переживания.

В то же время всё обладает бесконечной многогранностью, глубиной, многомерностью и смысловой неоднозначностью, что делает эту поэтическую вселенную загадочной и очень индивидуальной.

 

И.Троицкая и А.Котельников

 

То, что Кирилл Юрьевич – юноша умный, мы знали, но что настолько (!)… Мы в свои 88 (на двоих) даже не догадывались о том, что «поэзию нельзя понимать в лоб». Первое же предложение в подборке вызвало у нас чувство обиды за русский язык. Надо сказать, что это чувство не покидало нас в процессе чтения «Непечатаемых знаков». Может быть, кто-то скажет, что мы придираемся, но, на наш взгляд, так издеваться над русским языком нельзя. Приведём несколько цитат и прокомментируем их. Итак…

Цитата №1. «Я – призирающий (в подборке – «презирающий» - Р.К.) (поэтому особенно) современную пишущую братию!» Пояснение «поэтому особенно» на наш взгляд попало в это предложение случайно. Возможно, эта фраза была написана для другого предложения, но сбой в компьютере поставил её туда, где мы её и прочитали.

Цитата №2. «Вам, называющим совокупность себя человеком» (в подборке – «Вам, называющим совокупленность себя Человечеством» - Р.К.). По всей видимости, история, аналогичная первой, произошла и со словом «совокупность». Без него предложение звучит совершенно нормально, но «называющим совокупность себя человеком» выглядит, как подстрочный перевод монгольской пословицы.

Цитата №3. «Не есть ли интуитивный поиск её, собственно, сутью искусства…» Здесь компьютер явно перепутал все слова, причём, падежи поставил так, чтобы придать фразе больше загадочности.

Цитата №4. «Форма во сто раз содержания важнее. На этом зарабатывают». У нас возник вопрос: зарабатывают на чём? На форме? На содержании? А может быть на важности содержании?

В подборке встречались предложения, написанные в стиле пьес Джона Пристли: автор заинтриговывал читателя и на самом интересном месте обрывал повествование. Вот пример:

«Пока «поэты» будут понимать поэтическое как нечто корпоративное, местечковое, обще-известно-доступно-потому-излагаемое, пока они не поймут, что поэтическое - в развернутости поэта к двум безднам («Я» и «Мир»), в его критическом положении между безднами». Всё. Точка. А жаль. Так хотелось узнать, чем закончится мысль.

Этот же приём автор использует и в стихах:

 

«Инкогнито я покидаю

Осточертевшую столицу,

И чаем обносящий проводник

В костюме сине-васильковом

Твоим родным или знакомым…

Разлука». (почему они упорно оформляют стихотворные цитаты в кавычки – загадка для меня! – Р.К.)

 

Вы ждёте окончания мысли? Мы тоже его ждали, но стихотворение завершилось именно так.

 

Есть ещё один пример:

 

«В стекле оконном отражаясь –

Бегущая строка перелётных птиц

В сумраке осеннем, в горьковатом

Воздухе множась, по спирали, слова,

Чей витиеватый кленововиден

И супер-блиц озёр очевиден

У путешествующей подмосковной электричкой

И такой любимой мною взмахом ресниц…»

 

Всё! Как написано, так и прочитано. Чем дело закончилось, знает только автор. Возвращаясь к прозе, хочется сказать, что мы пытались понять, в каком жанре написано сие и пришли к выводу, что данное прозаическое произведение написано в жанре контрольной работы по неизвестному нам предмету.

Хотелось бы остановиться на терминологии автора. Впрозаическом произведении Кирилл Юрьевич употребляет термин «как-то», причём, трудно понять, с какой целью он это делает. Пример:

«Какие они, правда, скучные, недалёкие, как-то об одной мысли, об одном приёме!»

А вот ещё:

«Как-то они не понимают – Элементарного».

Когда подобное произносят участники передачи «Дом-2», вопросов не возникает. Что же касается автора, то употребление таких словечек ни в коей мере не меняет наше отношение к нему, как к человеку, но и не делает чести ему как литератору.

Теперь о содержании прозаического произведения. Если честно, то мы не поняли, что мы прочитали и о чём всё это. Нагромождение умных фраз, попытки их анализа и выводы, которые остались для нас загадкой – вот впечатление, которое у нас возникло после прочтения прозы Кирилла Юрьевича. Безусловно, в произведении написано что-то умное, до чего мы в свои 88 ещё не доросли.

Что же касается стихов, то в этой части мы не будем столь строгими критиками. Конечно, замечания есть. Например, нам не понятно, почему во многих стихотворениях одни знаки препинания присутствуют, а другие отсутствуют. Не иначе, как происки всё того же неисправного компьютера. Не менее загадочными остались строчки из стихотворения на стр.18:

«Минарет метит в месяца четверть,

И зовёт в сладкий сумрак свой сад…»

Из текста получается, что минарет не только «метит в месяца четверть», но и, имея некий сад, приглашает его в какой-то сладкий сумрак. (На мой взгляд, здесь запятая как раз на месте и разделяет две части сложносочинённого предложения с разными подлежащими). При детальном анализе до истины добраться можно, но не каждый будет склонен к подобному анализу. Но если читатель не станет вникать в суть написанного, то строку «И зовёт в сладкий сумрак свой сад…» он может предложить логопеду для тестирования пациентов. По сравнению с Сашей, которая шла по шоссе и сосала сушку «сладкий сумрак своего сада» гораздо «круче».

Не пришил мы в восторг и от строчки на той же странице «Заплутавший и жаждою мучим».

Но не всё так плохо, как может показаться присутствующим. Нам понравилось многое в подборке автора. Хочется отметить образ Музы, названной Кириллом медузой чайного пакетика (стр.21); прекрасен эпиграф на 22 странице, понравился календарь, загнанный в угол «в тридцатые числа» (стр. 20); вызвали массу приятных эмоций стихотворения «*** тп» и «Вновь блокоимитация» (стр.23). Правда, нам показалось, что первая половина стихотворения намного сильнее второй. Ну, и настоящей жемчужиной подборки мы считаем стихотворение на стр.19:

 

 

«Нить огней поезда

Вытягивается до Ожерелья,

Подарить бы эти алмазы

Африкански-чёрной ночи Подмосковья

Тебе».

 

            Если бы подборка состояла лишь из стихов, то, возможно, негативных отзывов с нашей стороны было бы меньше. В целом же, с учётом прозаической части подборки наша оценка прозвучит в виде цитаты из этой же подборки: «нечто метафорически настолько путанное, что уже недостижимо-афористичное».

 

«Над тобою верблюжьей слюною

Нависают созвездья с небес»

 

Кирилл Румянцев

 

 

Лирико-плевательное

 

Млечный путь освещался луною,

Но не он вызывал интерес:

Свежей, сочной верблюжьей слюною

Тихо капали звёзды с небес.

 

Что-то было в тебе неземное:

По коленке стекал Волопас

И выцеливал Овен ноздрёю

В твой ещё незаплёванный глаз.

 

Ты был вся испачкана бездной,

Я тебе прошептал: «Звездопад…

Не пытайся стереть. Бесполезно.

Так созвездья с тобой говорят».

 

Я смотрел в эти звёздные очи,

Ты смущалась. Раздался шлепок.

Видно, что-то несвежее очень

И невкусное съел Козерог.

 

Под сморканье, иканье, журчанье

Раскрывала вселенная дверь.

Я ушёл, прошептав на прощанье:

«слишком звёздной ты стала теперь».

 

Ф.Джаферов:

 

Если бы можно было завидовать, я бы завидовал. Кирилл видит всё одиноко. Бытовое описание – эстетическая точка зрения. Нет перекоса. Он другими приёмами это показывает. Мне понравилось. Новая форма рифмы. Алиттерационная рифма.

 

Г.И. – Её использовали тюркоязычные поэты...

 

Прозаическая часть – приготовление, назревание какого-то проекта.

 

Р.Малова.

Предисловие. Чтобы войти. Люблю эти странички. Понравился манифест. Перенести в поэзию. Причесать в плане ритма – поэтический верлибр. Идёт лозунг, который цепляет. Иронический контекст к месту. Кружочки, графики. Не очень понравилось – инверсия. Не по-русски. Практически нет рифмы. Белые стихи. Насыщенные, много смыслов. Вытекла жизнь из мобильника. Глобальные фразы. Метафоры. Концентрированная поэзия. Хотелось бы пожиже, упорядочить, чтобы смысл ровно читался. Тема легче раскроется. А то получается, что забросил невод – кушайте!

 

Евгений Паршин. (Липецкая обл.)

 

Необычная, неоднородная (читай – «излишне умная») поэзия. А автор лиричен более, но не жесток. Для такого склада души философия не совсем приемлема. Сложная образность. Лиричность проскальзывает. Использование некоторых слов, смущающих слух. Слова – не совсем в том порядке. «Кроткие воды Иордана…»

 

Виктор.

Кириллу мешает 2-ное образование. Не знает, где живёт. «Уровни» - признак философа. Стихи перекликаются с прозой. 1-ое – «Я-Манифест». Согласен с И.Троицкой, что многое просто непонятно. Мысль уводит автора за пределы описанного. В философии поэзия присутствует с трудом.

 

Федя.

Детальная философская поэзия и проза. В ней выделяется «голубизна» (он имел в виду «глубина» J)

 

Лиза Шестакова.

Вдоволь всего. Философская лирика и лиричная философия. Спаяно не на пользу. Грифон получился, раздробленный на части. Грифон неживой, холодный. Отрывок «Твоя ирония». С чего начал, в итоге,  к этому же и пришёл. Почему надо идти таким сложным путём? Возможно, так происходит природнение мира. В стихах чувствуется «сплав фантазии, липкой скатерти стола и истории…» Фантазийный/Реальный/Чувственный. Фантазии – вторичны, отдельно не играют. Реальное – лучше. Носки-кролики, тёплые живые образы, не живущие отдельно. Субъективная история имеет своё право на существование. Очень много частей, которые заглушают добрый top. Мне было читать приятно. Это заметки на пути. Это понятия, которые постигает человек.

 

Г.И. – Курсовая работа: «Человек творческий есть…»

 

Нанобанан понра. Стороны света вкл. Короче и ярче, но можно заострить.

Итог – «Всего вдоволь».

Светлана Маришина:

Поэзия глазами. Иностранец к нам приехал. Описательный стиль. А чувства – непонятно. Не увидела эмоционального отношения. Форма разрушена. А здесь ещё и Конан разрушает образ. Детали, не понимаю о чём. Картина безрадостная. Напомнило высказывание Вл.Гусева о «М.д.»: «длинный-длинный коридор и за каждой дверью – урод». «Гниющие тромбы» - это жутко.

 

Г.И. – Всё правдиво. BUS №119. Блок тоже любил географию. И Переверзин. …Реальность переплёвывает наши фантазии. Пессимист?  Не все же стремятся к тому, чтобы сеять РДВ (Разумное, доброе, вечное.

 

Саня Сапрунов:

Любовь к жизни. Автор сумел полюбить. Или ему кто-то понравился.

Моn_Парнас

27.03.09 обсуждение в Литинституте. часть 2


Елена Саянова:

"Нет, всё, в принципе, понятно…" Ну, или не всё, или не в принципе.

 

Как это для меня не странно, больше заинтересовала непоэтическая часть. Наверно, потому, что одолеть её смогла куда как не сразу. С самого начала восхитила обложка. "Непечатаемые знаки" получились, точнее, один знак получился ярко, крупно и очень наглядно напечатанным. Автор сходу выражает невыразимое? Или обличает псевдоневыразимое?

Отвечать или ждать ответа на поставленный вопрос я не собираюсь, ибо – не философ. Тексты произвели на меня наилучшее впечатление, когда были прочитаны от конца к началу. От нанобанана к трём уровням познания поэзии, а не наоборот. Потому что меня отпугнули жёсткий тон и ИСТИННЫЕ поэты, читатели и поэзия. Неагрессивность авторской позиции стала понятна только в совокупности всех заметок. Автор "просит" науку "умерить свой пафос". Хотя, честно говоря, смысла в таком прошении я не вижу. Если хочешь переубедить – не заявляй об этом в лоб.

А вот дальше хочу остановится на втором, по Автору, уровне восприятия – на технике. Именно из вопроса восприятия исходя. Толи я читала подборку не в лучшее для того время (вот, например, сейчас четвёртый час ночи), толи "будьте проще, и люди к вам потянутся". Не только "массовый" читатель потянется. Чтобы оного "притянуть", тоже, кстати, постараться надо J. О технике меня заставили задуматься "Три философских абзаца". Такие инверсии зачем? Например, в самом последнем предложении? Чтобы остановить снимание, заставить вдуматься? Предположение о "просто стиле таком" в контексте концепций данной подборки кажется неуместным. Ещё в третьем "абзаце", хотя я специального внимания не обращала, явно отсутствует запятая после "что понимать под реальностью". Это похоже на опечатку. Но опечатки в текстах, где пропуски букв, отделение приставок от слова и проч. подобное занимает немаловажное место, обидны. И ещё не понятно во втором "абзаце", почему "тем самым местом"? Либо уж вместо "не есть ли" – "не является ли", либо просто "то самое место". Хотя могу предположить, что какого-то подвоха не углядела. Но подобные вещи только отвлекают от сути сказанного, хотя и заставляют вчитываться.

Про мудрость, заключающуюся в улыбке, я согласна. То есть, очень даже.

А теперь, всё-таки, о стихах надо. Вероятно, первую часть подборки лучше всего применить для углублённого понимания второй части. Автор довольно чётко раскрыл свой подход к творчеству. Значит, через такой подход оно должно стать понятней и ближе. Но я этим не очень-то занималась, и прочитала обе части, не связывая между собой специально. Но с заявлениями с пятой страницы стихи вяжутся. И это им в плюс. Авангардность только как наиболее приемлемый стиль для поэтического, а не просто "стилистическая прихоть", и можно воспринять. Сама по себе, как и любая другая форма пуста.

И совсем коротко, без пояснений, перечисляю понравившееся в стихах без соотношения с первой частью подборки: "Холст холостяцкого дня", нервы, выграненные "сурово на манер классического стакана" с 19 стр., "Я смотрю в твои нежные" с 20-ой,  стихотворение с 21-ой, "=страсть1000000000" с 22-ой и "лилиБрик", правда отдельно от названия и эпиграфа.

 

Ну и всё на этом.

 

О.Тузова:

 

Кирилл Румянцев представил на обсуждение довольно объёмную подборку, большую часть которой составляют то ли поэтические философствования, то ли философские осмысления поэзии, немного приправленные манифестами и поданные в форме писем, то есть как бы впускающие читателя в святая святых – в самую творческую кухню, где варится и кипит то, что отольётся потом в стихотворных строках.

По мысли автора – довольно очевидной, на мой взгляд, - мы должны сначала ознакомиться с системой его воззрений на поэзию и лишь затем, уже вооружённые теми идеями, которые сообщает нам К.Румянцев, взглянуть на собственно поэтическое творчество. Мне кажется, это не совсем верный ход – гораздо интереснее были бы эти авторские рассуждения в качестве комментария к собственным стихотворениям, чем в качестве предисловия и комментария к стихам чужим. То есть всегда больше привлекает читателя, когда ему объясняют стихи по прочтении их, чем когда заставляют сначала согласиться с некоторой точкой зрения и только потом позволяют эту самую точку зрения искать в тексте.

Впрочем, я не стану особо задерживаться на столь широко изложенных идейных соображениях – могу только повторить то, что говорила на предыдущем занятии, когда мы обсуждали стихи Фазира Джафирова: вчувствоваться в друг друга люди могут, а понять друг друга – вряд ли; всякий манифест прежде всего направлен на то, чтобы задеть читателя, раздразнить его, а попытаться что-то объяснить ему – дело десятое. К.Румянцев, надо сказать, всё это отлично знает, собственный манифест он тут же опровергает, да и вообще оставляет нам максимально широкое поле для собственных умозаключений – если, конечно, нам приспичит что-то умозаключать.

Вот, кстати, какая живучая штука – эти манифесты! Уж сколько лет минуло с тех пор, как Маяковский с сотоварищи сбрасывали Пушкина с корабля современности – успели разрушиться до основания две величайшие империи и ряд империй поменьше; прекратились две мировые войны; человечество успело ужаснуться Дахау и Хиросиме, успело отправить людей в космос и изобрести мобильный телефон; само себя едва ли не извело, пытаясь выкрутить сальто-мортале, - словом, мир перевернулся, и не раз, возможно, а манифестационный воз и ныне там, где оставили его футуристы в декабре 1912 года. Да и сами поэтические методы, по большому счёту, всё те же – за исключением разве что некоторых формальных приёмов. А само поэтическое сознание не изменилось. От Пушкина до Блока – бездна, от Блока до нас – рукой подать.

Впрочем, я увлеклась и, кажется, и сама сейчас скачусь к многозначительным рассуждениям о смысле поэзии. Я и не хочу сказать, что они, эти рассуждения, не нужны – более того, они весьма полезны, ибо позволяют всё-таки посмотреть на предмет творчества со стороны и возбудить в читателе некоторый процесс осознания. Другое дело что эти рассуждения трудно поддаются критическому осмыслению – с ними можно соглашаться, им можно возражать, но спорить по сути тут не с чем – взгляды на поэзию у каждого свои, а экспрессивная форма, в которой они изложены в данном случае, не предполагает ответа.

На мой взгляд, тут слишком много восклицательных знаков и скобок, которые не располагают к конструктивному возражению. И возражать по большому счёту нечему – К.Румянцев говорит о поэзии в общем, и рассуждения его слишком широки, чтобы быть глубокими. И слишком экспрессивны, чтобы быть рациональными. Вот ещё что любопытно – автор у нас философ, то есть для него основной инструмент – мысль; однако он предпочитает говорить о поэзии в принятых возвышенно-отвлечённых метафорах даже тогда, когда утверждает, что поэзия должна вступать в диалог с наукой. Мне, наверное, был бы интереснее философский взгляд на поэзию как на особый способ познания мира, анализ её методологии. Здесь же, у К.Румянцева, мы получаем ряд красивых и очень любопытных словесных построений, но боюсь, это мало приближает нас к пониманию самого феномена.

Потому как в случае К.Румянцева поэт берёт верх над философом – эффектная фраза стоит всей мудрости мира. «Ибо как бы я выдержал – поэтом не быть!» Это чисто поэтическая продукция, со всеми присущими ей перегибами, категоричностью и экспрессивностью.

Но всё же лучше обратиться к стихам. Потому что манифесты многословны, несколько запутаны, чаще всего – красиво построены, но и только. Вот замечательная штука про искусство, про четыре стороны света – эффектно написано, ничего и не скажешь! Но и ничего не прибавишь.

Поэтому после очень долгого предисловия (почти как у обсуждаемого автора) я перехожу к стихам. И что мы можем сказать? По сравнению с теми стихами, что мы обсуждали в прошлом году, автор стал более уверен и смел в смысле сочетания слов. И хотя тут слышатся далёкие отзвуки футуристических экспериментов, я думаю, они автору органичны. Тем более что мы всегда приходим к новому через освоение старого. А формальная новизна достигается проще всего – вот вставил ты в стихи вместо обычной буквы коммерческое А, оно же собака, - и, глядь, совсем уже другой эффект. От наследия русской поэзии, несмотря ни на что, К.Румянцев не отказывается – и в этом я тоже вижу положительные черты, потому что следование за модернизмом, пусть даже по стезе формального новаторства, требует соответствующей экспрессии текста, а экспрессия, в свою очередь, требует душевных усилий. В чём нельзя упрекнуть эти стихи, так это в ровности, умеренности и апокалиптической  (в смысле знаменитой цитаты  из Откровения Иоанна) «тёплости» - автор у нас горяч, да так, что у него всё кипит и булькает.

Это пока ещё первобытный бульон, в котором плавают и перевариваются многие элементы старого – что подчёркивается частыми отсылками к литературе и культуре вообще: «Яблоко-строчка от Блока», «Вновь блокоимитация», «Либо Боброком Волынским сидеть в засаде», «историческое чудо колодца» и т.д. Иногда автора тянет в давно заселённые поэтическим людом области: «Ты увидишь в мечтаньях предсмертных Деву стройную, вечер, Багдад, Минарет метит в месяца четверть, И зовёт в сладкий сумрак свой сад» или: «В глазах её чистый лёд, Будущее без надежды, Я не забуду твой Образ бессмертно-нежный». Иногда (гораздо реже) он пытается осваивать целину, ужасно неуклюже, но энергично: «Над тобою верблюжьей слюною Нависают созвездья с небес» или «Похожая по красоте решимости на лозунг «Мир. Труд. Май», ты, надевая пальто, идёшь (от меня) в университет, на работу, на рынок».

Рифмованные стихи даются хуже. Там он связан формой, что вылезает на поверхность. Это очень по своему, индивидуально. Провисают звуковые вещи, графические, не для чтения вслух. Эллиптические конструкции со слуха кажутся очень странными. Св-на фрагментарность. 

В целом, можно сказать, что К.Румянцев находится в неких общепоэтических границах – вот, например, одно из самых цельных и образных стихотворений подборки: «в нас спят огромные солнечные звери…» - это стихотворение-метафора, в котором нет ничего от реальности, но которое создаёт определённый образ и определённое настроение. Это такая отвлечённая поэтичность, очень эффектная и очень эфемерная.  

Но всё-таки общелитературный фон остаётся общелитературным фоном, а не естественной атмосферой автора. Иначе бы он никогда не поставил эпиграфом к собственному стихотворению заключительные строки стихотворения Маяковского «Лиличка!» - настолько сильно эпиграф перевешивает и само стихотворение, и всю подборку, что даже жаль – зачем автор сам, добровольно нарывается на нокаут?

Гораздо более плодотворным представляется мне вторжение в стихи К.Румянцева примет реальности. Вот приятно повстречать поезд номер 19, отправляющийся с Курского вокзала. Хотя он и не идёт мимо Ожерелья, хотя и Белгород совсем не тот, в котором колодец.

Я ехала в одном поезде с африканками- участницами религиозной миссии. Они пугались плацкартного вагона, начали петь. 5 африканских девушек поют на французском языке религиозные гимны в поезде, едущем в Харьков.

 

Или вот Муза – медуза чайного пакетика. Начинается с очевидного. Реальность, переходящая к ощущениям героя. Поэтическое состояние – то момент, когда всплывает совершенно иной мир. Это стихотворение, оно стоит больше, чем много страниц предисловий. Детали быта не так отточены, но достоверны – это то, что делает узнаваемым.

 

Или углы, которые никогда бы не знали уборки, если бы не твой приход. Ещё раз повторю: автор не то чтобы впервые на мир смотрит, нет, мир вполне знакомый, но постоянно автор обнаруживает в нём нечто новое.

Оно, это новое, ещё не воплотилось в слова. Оно остаётся на уровне отдельных находок, интересного ракурса, строчки, словосочетания. По-прежнему, на мой взгляд, остаётся неопределённой тематика – о чём всё-таки писать? Кипение и повышенная температура ощущаются, но где центр этого жара? Где точка, с которой следует вести отсчёт?

 

Г.И.Седых:

Сохранить состояние влюблённости. Девочки весной будут этому только «за». Стихи о влюблённости читал вяло, но выучил (думала, что собьётся). Такая природа его дарования, книжная. Влюблённость ему в плюс. Далее… Два интеллектуала нашего семинара: Фазир и Кирилл назвали свои прозаические части почти одинаково «По неспелым страницам»/ «Непечатаемые знаки». Что же в них непечатаемого?! (недоуменно – Р.К.) Первая часть – курсовые работы, хитро представленные как философско-лирическая размазня. Мотивация очевидна – учебное задание. Отрывок о трех уровнях поэзии – это даже не Энгельс. Не нравится установка «с шашкой наголо». Принцип сам. Как по словам Авдеева, «мы… недоучившиеся на рабфаке…Мы настолько невежественны. Мы были очень надменны…» Это от необразованности (или от излишка). Чувствуется надменность. Банально. Известно. Разговоры 30-ти летней давности. Снобизмом вы читателя и потеряли. Я возьму у тебя (для книги – Р.к.) про гения кусочек. 3 –Ур-ня – я пишу авангардно. Контекст иронический. Записки, «крохобор»,  всё притащил. Знакомьтесь с гением! Читатель и критик – свои пути. Нет акта сотворчества. Писатель и есть истина абсолютная – вот какой вывод! Мысль одна: «Не понял? Не дорос!» Я-МАНИфест. Исповедь графомана. Я-МАНИЯфест. А строчку про душу изменить: «Душа - @». Взгляд эксперта. Манифест самооправдателен. Исправить: «Довлело чему-то другому…» Эгоист в определениях не нуждается. Что поэт выше толпы – не об этом (т.к. уже известно – Р.к.) надо. Что поэт – не эгоист (вот об этом!) «про гения», «Про эгоиста». Гуру для тинейджерок. Кто не со мной, тот против меня. Жизнь  в мире как игра. Вообще, жизнь не игра. Если ты так действительно думаешь, мне тебя жаль! Леонардо рисовал, напр., всё же портрет реальной женщины. Еще хуже, когда ты касаешься религии. Что за пижонство. Где, философ, у тебя тема страдания? Тема жертвы? Тема искушения? Выполнено в духе Натальи Ивановой (журн. «Знание») Лет 30 назад. «Тенденция СС» - все обалдели от того, что их всех признали эсесовцами. От Нат.Ивановой последовала кокетливая расшифровка: «СС – сугубая серьёзность». Тогда это было модно. Странно такие вещи сейчас читать. Нельзя такие вещи делать. Петушишься по-детски. Очень не нравится отношение к сокращению. Часто использование многоточия – признак суицидальных наклонностей. Борис Примеров. Ушёл из жизни с запиской предсмертной: «Ухожу вслед за Ю.Друниной. Не могу всё это пережить». Иерархия трёх уровней: Фантазисты, рациональники, чувственники – всё смешно. Творческое познание мира. Интелли-гибельный. Почему у тебя ужасы написаны через большие буквы? Так пишут девочки-графоманки. «Нанобанан». Был герой такой – мальчик Бананан. Это смешная, игровая вещь, здесь ясно, что за всем этим. Цитаты из учебника можно убрать. Оставь только своё. Здесь в концепции: «людей неинтересных в мире нет./ Их судьбы как явления планет».  Хочется доброты, внимания к отдельному человеку. «Макволандс» понравилось как неологизм. Но причем здесь «Война и мир»? Во всём – базаровщина. Наоборот: «природа – не мастерская, а храм, и человек в нём - фанатик». Всё остальное любопытно. Юг. Восток. Антиномия Восток-Запад сменяется антиномией Север-Юг. Мечтания о Юго-Западе, Северо-Востоке.

Очень довольна, кроме снобистского налёта философских трактатов. Порадовали стихи.